Loading...
 

 
Главное меню
Главная страница

Ангелы

Аномальные зоны Земли

Великие природные катаклизмы

Вирусы

Временные феномены

Вселенная - голограмма

Где физически находится ад

Движение со сверхсветовой скоростью, гиперпространство

Древняя Земля

Конец света

Конструкция летающих тарелок

Космическая одиссея 20xx

Космические цивилизации

Кто они, пришельцы

НЛО и СССР

НЛО похищают людей

Опасные явления

Параллельное измерение

Поражение СССР в космосе

Преступления века

Разумные животные

Сексуальные контакты с пришельцами

Спецслужбы устраняют очевидцев НЛО

Таинственная Луна

Таинственный Марс

Тайна человеческого мозга и пси-феномены

Тайна черных дыр

Тайны Библии

Тайны Третьего Рейха

Технические достижения и ноу-хау человеческой и космических цивилизаций

Техногенные катастрофы века

Торсионные поля

Чудодейственные лекарства

Экология летающей тарелки

Энергетика Вселенной


Гостевая книга
Разделы


Разное






Торсионные поля, машина времени, НЛО...

  Ракета для Гагарина - триум конструкторской мысли или показатель технологической деградации СССР

В 1958 году объявляется американский проект запуска "Пионера-4" на гелиоцентрическую орбиту.
Этот проект был успешно выполнен - "Пионер" запустили 3 марта 1959 года.
Но первенства уже не было: за два месяца до того, в январе 1959 года, на
гелиоцентрическую орбиту вышла советская "Луна-1". И неважно, что "Пионер"
передал много интересной телеметрической информации, а "Луна-1" не передала
практически ничего; важен был сам факт первого вывода объекта на гелиоцентрическую орбиту.
Между тем, американские сообщения тревожили Королева все больше и
больше. Национальная ассоциация по исследованию космического пространства в
США обсуждала различные варианты полета человека на корабле-спутнике. У
американцев уже были в распоряжении ракеты такой мощности, какая требовалась
для вывода пилотируемого спутника на орбиту; у Королева пока ничего такого
не было. Все опять-таки упиралось в двигатель.
Ракета, выводившая на орбиту первые советские спутники, имела главным
двигателем четырехкамерную "связку" РД-107. Связка эта, задуманная Королевым
в 1954 году и к 1957 году осуществленная, была очень далека от идеала.
РД-107 работал хорошо и надежно, используя бесхитростный керосин, окисляемый
жидким кислородом; но был он громоздок и слаб. В самом лучшем варианте все
четыре двигателя, связанные в один пучок под названием РД-107, развивали (в
вакууме) тягу в 102 тонны. А нужно было по крайней мере пятьсот тонн.
Друзья-ракетчики рассказывали мне, что в экспериментальном порядке в
СССР были "повторены" все известные к тому времени американские ракетные
двигатели. Если бы хоть один из них можно было довести до работоспособного
состояния, то его применили бы без малейших колебаний: во-первых, это можно
было бы держать в секрете много лет подряд, а во-вторых. Советский Союз
тогда еще не был связан международными патентными обязательствами. Но ни
один американский двигатель так и не удалось скопировать. Дело тут не в
конструкции - Королев и Глушко располагали подробными чертежами всех
ракетных двигателей США, - а в материалах и технологии. Двигатели,
построенные по американским чертежам в Советском Союзе, "прогорали" на
испытаниях.
И вот тогда, приблизительно к середине 1959 года, Королев выдвигает
очередную "безумную идею". Он предлагает сделать "связку из связок", собрать
в пучок пять четырехкамерных двигателей! Это означало снабдить первую
ступень будущей ракеты двадцатью двигателями и надеяться на то, что двадцать
лилипутов, как у Свифта, сумеют поднять великана.
В первый момент такой проект показался всем без исключения
действительно безумным и невыполнимым. Ведь даже один РД-107 - счетверенная
связка - занимал по необходимости больше места, чем любой однокамерный
двигатель той же мощности. Диаметр первой ступени ракеты получался, таким
образом, тоже больше, а с ним вырастал и стартовый вес. Именно из-за этого
порочного круга "связка" и выглядела бесперспективной. А чтобы вместить
гроздь из пяти связок, диаметр ракеты пришлось бы сделать чудовищно большим,
и никакое увеличение числа двигателей не компенсировало бы дополнительного
огромного веса.
Но Сергей Королев ухитрился обойти эти очевидные и, казалось бы,
непреодолимые трудности. Прежде всего, он не стал заключать все пять связок
в общий корпус. Центральная связка - двигатель РД-108 с тягой в 96 тонн и
несколько меньшим диаметром, чем у РД-107, - заняла место в главном стволе
ракеты. А к этому главному стволу особыми обручами и замками прикреплялись с
четырех сторон четыре конуса, каждый из которых заключал в себе по связке
РД-107. Таким образом лишний вес сводился к минимуму, и верхний диаметр
центральной ракетной ступени оставался тот же, какой был у ракеты,
запустившей первый спутник.
Но это еще не все. Главное заключалось в том, что вскоре после старта
ракеты все четыре боковых конуса со связками РД-107 отбрасывались - тогда
как центральная связка РД-108 еще имела запас топлива и продолжала работать.
Другими словами, на определенной высоте, когда плотный слой атмосферы был
уже пройден, ракета превращалась точно в ту, которая в свое время несла
первый спутник. Эта обычная двухступенчатая ракета и выводила на орбиту свой
груз, который по расчетам мог достигать пяти с лишним тонн.
Это было, конечно, очень сложным, дорогим и неудобным решением. Но это
было решением! До сих пор все советские корабли-спутники с людьми, все
запуски к Венере и Марсу выполнялись с помощью именно этой чудовищной
20-двигательной связки и ее модификаций. Поистине печальная русская
поговорка "голь на выдумки хитра" оправдалась здесь с полной точностью!
Для того, чтобы лучше представить себе неудобства и недостатки
советского ракетного монстра, сравним его с американской ракетой Титан-2,
применявшейся в середине 60-х годов (с помощью Титана-2 выводились на
орбиты, например, корабли серии Джемини). Титан-2 был двухступенчатой
ракетой стартовым весом около 150 тонн. Первая ступень Титана-2 имела два
главных двигателя, развивавших тягу всего в 195 тонн. Эта тяга оказалась
достаточной, чтобы выводить на орбиту корабли "Джемини", весившие несколько
больше 3,5 тонн.
А "сверхсвязка" Королева имела, как мы уже знаем, суммарную тягу
двигателей первой ступени в 500 тонн, выводя на орбиту вес, лишь на 40-45
процентов превышающий вес "Джемини". Сравните: 195 тонн тяги у "Титана" - и
3,5 тонны полезной нагрузки; 500 тонн тяги у советской ракеты - и 5 тонн
полезной нагрузки.
Вы, конечно, уже поняли, в чем дело: громоздкая многодвигательная
советская ракета очень много весила сама. Я упомянул уже, что стартовый вес
"Титана" равнялся 150 тоннам. А стартовый вес "Востока", или "Восхода", или
других советских космических систем до сих пор остается строго хранимым
секретом - вы не найдете его ни в одном справочнике, хотя теперь в них
даются многие подробности конструкции этих систем. По моим расчетам,
"монстр" Королева должен был весить на старте около 400 тонн, и львиная доля
этого гигантского веса приходилась на двадцать слабых, но тяжелых
двигателей, которые должны были поднимать самих себя.
Здесь чрезвычайно важно подчеркнуть, что запуском в небо такой
несуразной махины Королев, Воскресенский и их ближайшие сотрудники показали
себя выдающимися инженерами, способными на самые смелые и необычайные
решения. Они вели тяжелое состязание с отсталой технологией страны, и в этом
состязании конструкторской мысли против технологической отсталости
конструкторская мысль победила.
Однако ценность творческой победы Королева станет еще более очевидной,
если мы примем в расчет и другие необыкновенные трудности, которые пришлось
на этой стадии преодолевать. Главная из них - сам космический корабль.
Из американских публикаций Королев знал, что в США создается
космический корабль "Меркурий", предназначенный для парашютной посадки на
воду. "Меркурий" изготовлялся поэтому из легких сплавов достаточной
прочности для такой посадки. Первоначально и Королев хотел пойти по этому
пути. Но первый же проект такого рода был немедленно забракован Хрущевым.
"Советский космический корабль должен сесть на советской территории" -
такое требование выдвинул "самодержец всея Руси". Это означало, что посадка
на воду исключается.
Можно себе представить, по каким причинам Хрущев не желал посадки
советского космонавта в международных водах. Ведь в этом случае доступ к
месту приводнения корабля-спутника был бы открыт для всех. Туда, конечно,
слетелись бы западные специалисты и вся международная пресса. В то же время
не было возможности запретить Королеву и его ближайшим сотрудникам
отправиться "за границу" встречать космонавта. Не было возможности без
открытого давления предотвратить "нежелательные контакты" Королева и других
с иностранцами, пришлось бы открыть имена создателей космического корабля.
Во всем этом Хрущев видел угрозу самому главному - советской системе
секретности, а значит и всему космическому блефу. Заметим, что до сего дня
ни один советский специалист, так или иначе причастный к ракетостроению, за
границу не выезжал. Допустить выезд - значило создать опаснейший прецедент.
"Нет" - сказал Хрущев.
У меня есть сведения частного порядка, что прежде, чем сказать свое
"нет", Хрущев консультировался с Чаломеем, которого, как мы уже знаем, ценил
и уважал. А Чаломей, ясное дело, высказался против: ведь корабль должен был
запустить не он, а Королев. Чаломей и так помирал от зависти -- тем более,
что постановлением правительства его и Янгеля обязали помогать Королеву в
разработке отдельных узлов проекта. А тут еще сознание того, что в случае
успеха соперники, так сказать, выйдут на мировую арену. Конечно, нет!
Разумеется, свое мнение Чаломей мотивировал "патриотическими" соображениями,
а против таких соображений в Советском Союзе возражать крайне опасно. И
Королев предпочел не возражать.
Он приступил к разработке космического корабля с капсулой, возвращаемой
на сушу. И сразу же увидел главную беду -- большой вес такой конструкции. В
самом деле, прочность аппарата, парашютируемого на сушу, должна была быть
куда выше, чем приводняемой капсулы. Это само по себе увеличивало вес, но
надо учесть еще и то, что скорость приземления требовалось сделать
минимальной -- стало быть, предстояло снабдить капсулу очень мощной
парашютной системой. Это опять же увеличивало и объем и вес. Снова замкнутый
круг...
Силой своего инженерного гения Королев разорвал и этот круг! Он придумал,
что космонавт должен перед приземлением катапультироваться из
кабины и приземляться на своем парашюте. Тогда скорость снижения пустого
корабля может быть гораздо выше, и его парашютная система - меньше и легче.
Кроме того, Королев перенес все приборы и системы, не участвующие в
возвращении капсулы на землю, за пределы самой капсулы. По мысли Королева,
на орбиту должна была выходить вся выгоревшая верхняя ступень ракеты - мы
можем называть эту ступень и второй и третьей, памятуя, что первая ступень
состояла как бы из двух. В верхней части этой ступени, примыкавшей к
капсуле, размещались и приборный отсек, и вся система ориентации по Солнцу,
от которой зависел обратный вход в атмосферу, и пневматические устройства, и
ряд антенн. В результате, хотя на орбиту приходилось выводить вес в 4725
килограммов, возвращаемая капсула весила всего 2400 килограммов и, таким
образом, размеры парашютной системы могли быть дополнительно уменьшены. Этим
уменьшением Королев, однако, не злоупотреблял. Он хотел дать кораблю
парашюты такого размера, чтобы в случае отказа катапульты космонавт мог бы
приземлиться и вместе с кораблем, оставшись при этом в живых. По поручению
Королева "главный конструктор по обеспечению жизнедеятельности в космосе"
Воронин провел срочные испытания по парашютированию собак в контейнерах,
напоминающих проектируемый корабль. Собаки сбрасывались с парашютами разных
размеров, и, в конце концов, определился тот минимальный размер площади
парашютного купола, который давал космонавту возможность пережить спуск в
капсуле.
Эта человечная предусмотрительность Сергея Королева оправдалась самым
драматическим образом осенью 1964 года, о чем будет рассказано дальше.
К маю 1960 года была готова первая 20-двигательная ракета. Собственно,
главных двигателей у нее было не 20, а 21, потому что один двигатель с тягой
в 11 тонн принадлежал верхней ступени. Когда при осмотре этой ракеты один из
сотрудников Королева, мой знакомый, обратил внимание Главного конструктора,
что общее число двигателей составляет 21, Королев, по его словам, невесело
усмехнулся и ответил в чисто русской манере:
- Ну, хорошо, что не двадцать два, а то перебор был бы!
Ракета вывела на орбиту макет космического корабля, но на землю этот
макет не вернулся. Что-то не сработало в тормозной ракетной системе, и
корабль остался на орбите. По команде с Земли удалось потом отделить капсулу
от последней ракетной ступени, но большего достичь не сумели. (Макет
находился на орбите спутника Земли до октября 1965 года, когда стал
тормозиться верхними слоями атмосферы и, обгорев, упал в океан.)
Это очень обеспокоило Королева, и он сейчас же посадил группу
конструкторов за разработку независимой бортовой системы включения ТДУ -
тормозной двигательной установки. Будущие космонавты получали возможность в
случае необходимости включать ТДУ сами.


1961 - Американцы наступают по пятам и запускают двух человек в космос

Американцы провели свою лунную программу по советскому плану 1929 года

Байконур - несуществующий космодром

Бессмысленные запуски Союзов в 60-е годы - начало отставания СССР в космосе

Герман Титов совершает второй сутойный полет на Востоке

Как и почему закрылась советская лунная программа

Как сталинская советская пропаганда раскрутила Циолковского и был ли он в действительности отцом советского космостроения

Какой ценой Гагарин был отправлен в космос

Конец 50-х - Американцы опережают СССР в области спутниковой космонавтики

Королев готовил полет в космос в 30-е годы, но сталинские репрессии помешали ему

Леонов чуть не остался в открытом космосе

Летал ли до Гагарина в космос сын авиаконструктора Ильюшина

Николаев, Попович, Терешкова и Быковский - ничего нового

Первый советский спутник - как мы показали американцам Кузькину мать

Почему все публикации о космосе в Союзе ССР проходили жесткую цензуру

Почему разбился космонавт Владимир Комаров

Почему секретили Королева

Почему Союз так и не запустил в космос обезьяну

Правда об использовании немецкой трофейной ракеты ФАУ в советской космической программе

Ракета для Гагарина - триум конструкторской мысли или показатель технологической деградации СССР

Секретность, экономия, идеология и промышленный консерватизм привели к провалу космической программы СССР в конце 60-х

Сложная судьба корабля Союз

Советская лунная программа - американские Аполлоны боялись наших автоматических станций

Советский космический блеф

Советский спутник с Лайкой и закат спутниковой программы СССР

СССР ввиду технологической отсталости выбрал изначально ущербный принцип построения ракет на основе связки

Трое советских космонавтов летели на Восходе как селедки в бочке



Rambler's Top100